Мы верили,
Что письма вновь придут
С знакомою печатью на конверте.
Мы знали: 
Каждый дом наш – наш редут.
И каждая семья сильнее смерти.
( Константин Бельских )

Пролог

На авансцене с одной и с другой стороны стоят мобильные конструкции, которые представляют собой площадку метр на метр, сверху которой вертикально закреплена декорация в форме треугольника -  это письма. Декорации писем имеют возможность, вертикально по центру, складываться на 90 градусов, тем самым образуя треугольник.

Звучит позывной о прекращение войны «Левитан - Приказ ВГК от 8 мая 1945г.». На сцене появляется исполнитель, поет «Веский вальс» или « Едут казаки», на момент исполнения вальса появляются танцоры, которые на проигрыше дарят ветеранам цветы. В финале номера танцоры замирают.

Фонограмма салюта.

На авансцене появляются два солдата.

СОЛДАТ: Товарищ старшина! Разрешите обратиться!

СТАРШИНА: Обращайтесь!

СОЛДАТ: Вот письмо написал домой, маме….Виноват, Вы, что такой грустный! Победа! Вот, мы до Рейхстага дошли.

СТАРШИНА: Понимаешь, еду сегодня по Берлину и вижу…эти разрушенные дома, толпу людей: дети, старики, женщины…. Война – тяжелое и жестокое испытание для души человека.

СОЛДАТ: Но мы же сумели сохранить душу то? Ведь нам что-то помогало выжить, выдержать, вступить в яростный, непримиримый бой со всем, что мешает людям жить, верить и побеждать?

СТАРШИНА: Письма. Связь с домом, уверенность, что ты защищаешь свою семью, что тебя ждут, давала силы воевать и верить в победу. Смотрю, в толпе стоит мальчишка и жмется к старушке. Вдруг на минуту показалось, что это мой сын Сашка и смотрит на меня своими голубыми глазами, как тогда в 41 , когда они меня со Светой провожали. Мне показалось на миг, что они живы и не было той бомбежки. Думаю, война-то закончилась. Подхожу к нему, а его одергивает старушка. Я говорю, отдайте мне его, ведь у него наверняка родителей нет. А она мне отвечает- это мой внук.

СОЛДАТ: Ну не стоит себя так корить. Товарищ старшина! Победа! Надо найти в себе силы радоваться.

СТАРШИНА: (достает письмо из кармана) Мне кажется, что те счастливые и радостные дни остались летом 41.

СОЛДАТ: Это конечно так, но, значит, надо с большим усердием строить новую, счастливую жизнь. Я вот не хочу думать о лете 41.

СТАРШИНА: Как не думать, как?

 Старшина и солдат уходят. На сцене появляется исполнитель песни и хореографическая группа.

Довоенный вальс 

Мирное небо над крепостью Бреста,

В тесной квартире счастливые лица.

Вальс. Политрук приглашает невесту,

Новенький кубик блестит на петлице.

А за окном, за окном красота новолунья,

Шепчутся с Бугом плакучие ивы.

Год сорок первый, начало июня.

Все ещё живы, все ещё живы,

Все ещё живы, все, все, все….

или Поклонимся великим тем годам

Не забывай те грозные года

Когда кипела волжская вода

Земля тонула в ярости огня

И не было ни ночи и ни дня

Сражались мы у волжских берегов

На Волгу шли дивизии врагов

Но выстоял великий наш солдат

Но выстоял бессмертный Сталинград….

1 Эпизод: «Прощание»

Песня прощание славянке

На сцене стоит несколько пар. Это две пары танцевальных и одна вокальная.  Девушка стоит лицом к зрителям, молодой человек спиной к зрительному залу.

ДЕВУШКА: Наступает минута прощания,

Ты глядишь мне тревожно в глаза,

И ловлю я родное дыхание,

А вдали уже дышит гроза.

Молодой человек разворачивается лицом к зрителю.

ВМЕСТЕ: Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Прости-прощай, прости-прощай...

Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Не все из нас придут назад.

ДЕВУШКА: Летят, летят года,

Уходят во мглу поезда,

А в них ? солдаты.

И в небе темном

Горит солдатская звезда.

ВМЕСТЕ: А в них ? солдаты.

И в небе темном

Горит солдатская звезда.

МУЖЧИНА: Лес да степь, да в степи полустанки.

Свет вечерней и новой зари ?

Не забудь же прощанье Славянки,

Сокровенно в душе повтори!

ВМЕСТЕ: Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Прости-прощай, прости-прощай...

Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Не все из нас придут назад.

Звучит маршевый проигрыш музыкальной композиции. Молодые люди передают записки девушкам. Уходят в кулисы.

ВМЕСТЕ: Прощай, отчий край,

Ты нас вспоминай,

Прощай, милый взгляд,

Не все из нас придут назад.

На авансцене остаются одни девушки. Затемнение

ГОЛОС: Обещаю. Я вернусь. Помни это.

СТАРШИНА: Даже в самых отчаянных ситуациях бойцы находили в себе силы писать трогательные письма любимым…

Если б не было войны

Ещё до встречи вышла нам разлука,

А всё же о тебе я вижу сны,

Да разве мы б прожили друг без друга,

Мой милый, если б не было войны,

Мой милый, если б не было войны.

Наверно, я до срока стала старой,

А только в этом нет твоей вины,

Какой бы мы красивой были парой,

Мой милый, если б не было войны,

Мой милый, если б не было войны….

или ОГОНЕК

На позицию девушка провожала бойца.

Тёмной ночью простилася на ступеньках крыльца.

И пока за туманами видеть мог паренёк

На окошке на девичьем всё горел огонёк!

Парня встретила славная фронтовая семья,

Всюду были товарищи, всюду были друзья.

Но знакомую улицу позабыть он не мог!

Где ж ты, девушка милая, где ж ты, мой огонёк!...

Фурки-письма перемещаются на центр сцены.Актеры становятся на фурки-письма параллельно друг другу. Звучит фонограмма вокзала.

СОЛДАТ: Нас везли на передовую. На станции состав остановился минут на пять. Разрешили набрать воды.

МЕДСЕСТРА: Я ехала в санитарном поезде, в госпиталь. Остановились на десять минут, чтобы забрать раненых.

СОЛДАТ: Уже докурил почти, оборачиваюсь...

МЕДСЕСТРА: И не могу поверить своим глазам...

СОЛДАТ: Этого не может быть...

МЕДСЕСТРА: Это он.

СОЛДАТ: Это она.

МЕДСЕСТРА:  Мы не виделись три года.

СОЛДАТ: Она была так же красива, как тогда в 41-ом.

МЕДСЕСТРА: Он был все такой же, как в моих снах каждую ночь.

СОЛДАТ: Даже слова друг другу не сказали.

МЕДСЕСТРА: Просто стояли, обнявшись пока - поезда не тронулись.

Фон поезда

СОЛДАТ: Потом я трясся в вагоне, но мне казалось, что это не я.

Я остался там...

ВМЕСТЕ: На перроне.

МЕДСЕСТРА: … какой то неизвестной станции стою и обнимаю моего самого близкого и …..самого далекого человека.

Звучит звук уходящего поезда. Затемнение. На авансцену выходит вокалистка.

Песня эхо любви

Покроется небо пылинками звезд

И выгнутся ветви упруго

Тебя я услышу за тысячу верст

Мы эхо мы эхо

Мы долгое эхо друг друга

Мы эхо мы эхо

Мы долгое эхо друг друга….

Фурки-письма  становятся рядом друг с другом образуя кабину танка. Внутри сидит солдат в шлеме.

ГЕРОЙ ТАНКИСТ: Милая Тонечка! Я не знаю, прочитаешь ли ты когда-нибудь эти строки? Но я твердо знаю, что это последнее мое письмо.
Сейчас идет бой жаркий, смертельный. Наш танк подбит. Кругом нас фашисты. Мы остались вдвоём - Павел Абрамов и я. Я сижу в изрешеченном и изуродованном танке. Твой портрет лежит у меня на коленях. Снарядов нет, патроны на исходе. Павел бьет по врагу прицельным огнем, а я "отдыхаю", с тобой разговариваю. Знаю, что это в последний раз. И мне хочется говорить долго, долго, но некогда. Сквозь пробоины танка я вижу улицу, зеленые деревья, цветы в саду яркие-яркие. У вас, оставшихся в живых, после войны жизнь будет такая же яркая, красочная, как эти цветы, и счастливая... За нее умереть не страшно... Ты не плачь. На могилу мою ты, наверное, не придешь, да и будет ли он - могила-то?

Затемнение. Выходит солист на авансцену.

Песня «Солдат»

Всё дальше нас уносит век

от памятных военных дат...

Но вечно славен человек

с коротким именем Солдат.

Солдат дорогами огня

шёл через годы и ненастья,

мою отчизну и меня

спасал для будущего счастья…

Одна фурка письмо становится вертикально. К ней подходит солдат. Достает наушники.

СОЛДАТ: Так мне говорят, связь появилась. Так… Я к рации. Наушники одеваю, руки трясутся. Помехи страшные: голос еле различаю.  (кричит) Савчук говорит. Как слышно? Да, благодарность. Да, да… да… за героизм. Чёрти что. Что за ерунда! Вот только связь починили, в окружении наладили. А тут благодарность. Что-то тут не так. Не похоже на Витю Савчука. А тот продолжает:  Что? Какие планы? Где ты находишься? Вот думаю…. Меня не обманешь.  Говорю: «Спой-ка нашу любимую песню». А тот нет: «Не слышу. Помехи. Ничего не слышу». Песню нашу любимую спой! Морда ты фашистская!» Тишина… Замолчал. И потом слышу только сквозь шум: «Сам ты, морда фашистская, Евсеев!» А потом сразу: Расцветали яблоки и груши…

На сцену выходит солистка. За ней следом из-за кулис с двух сторон выходят танцоры.

Катюша

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой.

Выходила на берег Катюша,

На высокий берег, на крутой.

Выходила, песню заводила

Про степного сизого орла,

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла….

2 Эпизод: «Партизаны»

У левой кулисы во время затемнения актеры поднимают фурки-письма, тем самым образуя ящик.

СОЛДАТ: Отец Федор жил в соседнем селе.  Днем он служил в маленькой церквушке. А по ночам к нам приходил, в лес. Помогал, за ранеными ухаживал, исповедовал смертельно раненых. Одним словом, появился у нас, так сказать, наш  партизанский священник. Командир, как того следует, доложил в центр. Мы были уверены, что приказ придет: прекратить общение со служителем культа. А потом, ночью как-то скинули нам припасы с самолета. Мы ящик открываем: там винтовки, два автомата, патроны и … Библия. Мы её вручили отцу Федору торжественно, перед строем. Он её взял, поцеловал и говорит: «Оружие у каждого свое».

Песня+ танец Ой, туманы мои в русском стиле.

Ой, туманы мои, растуманы!

Ой, родные леса и луга!

Уходили в поход партизаны,

Уходили в поход на врага.

На прощанье сказали герои:

"Ожидайте хороших вестей".

И на старой Смоленской дороге

Повстречали незваных гостей….

Письмо переворачивается внутренней стороной. Там уже сидит солдат в каске, пишет письмо.

СОЛДАТ: Наша война народная – Великая. Наша война народная. Мы  8 рота 718 полка 139 стрелковой  дивизии выполняем приказ главнокомандующего: овладеть и удерживать  высоту у деревни Рубеженка. В ночь с 13 на 14 сентября 1943 года, мы выполнили свою задачу и на протяжении всей ночи удерживали и отражали атаки превосходящих сил противника. Это и есть для нас вся наша Родина. Нас мало, наша война маленькая… А когда мы победим в великой войне, помните – это потому, что каждый из нас стоял до конца в своей – маленькой войне.

К нему выходит старшина и берет его за плече.

СТАРШИНА: Их было 18, немцев более 300. (пауза) Сержанта Константина Власова  взяли в плен, впоследствии он смог сбежать. И только под утро среди тел погибших товарищей удалось найти и спасти рядового Герасима Лапина. (пауза) Из 18 человек их осталось всего двое.

Выходит солист.

На безымянной высоте 

Дымилась роща под горою,

И вместе с ней горел закат...

Нас оставалось только трое

Из восемнадцати ребят.

Как много их, друзей хороших,

Лежать осталось в темноте -

У незнакомого поселка,

На безымянной высоте.

Светилась, падая, ракета,

Как догоревшая звезда...

Кто хоть однажды видел это,

Тот не забудет никогда.

Он не забудет, не забудет

Атаки яростные те -

У незнакомого поселка,

На безымянной высоте.

На авансцене выходит девушка-солдат с белым платком. В этот момент фурки-письма ставятся на центре сцены, а сверху между ними ложиться крышка стола. Тем самым письма у нас являются ножками стола.

СОЛДАТ ЖЕНЩИНА: Ну какие подарки могут быть на партизанской свадьбе? У кого что было в вещмешках, то и подарили: кто-то  катушку ниток с иголкой, кто-то  - пуговицы, кто-то –патроны, ну а кто-то – кусок мыла. Самый лучший подарок был от ребят из третьего отряда: ой… кусок парашютного шелка. На платье, конечно, не хватило. Но фата у меня  была…. Что надо!  Накрыли в большой землянке что было: водку, конечно, достали. Пили за свадьбу! Но  и за подорванный вчера мост. Ой…. (вздыхает)  Горько  не кричали… Горько говорили. У нас в лесу шуметь нельзя: найдут… (смеется).

Песня смуглянка+ танец

Как-то летом на рассвете

Заглянул в соседний сад,

Там смуглянка-молдаванка

Собирает виноград.

Я краснею, я бледнею,

Захотелось вдруг сказать:

Станем над рекою

Зорьки летние встречать.

Припев:

Раскудрявый клен зеленый, лист резной,

Я влюбленный и смущенный пред тобой,

Клен зеленый, да клен кудрявый,

Да раскудрявый, резной!

После музыкального номера, фурки-письма перемещаются к правой кулисе, края писем загибаются образуя землянку. В ней находятся солдаты.

ГЕРОЙ КОРРЕСПОНДЕНТ: Мы в тот день, чуть было не погибли. Пошли в прорыв через минное поле, ели дошли. Разместили нас в землянке. Под впечатлением пережитого за этот день я написал письмо жене. В нем было шестнадцать "домашних" стихотворных строк.  Показал их композитору Кости Листову, он как раз тексты искал. И песню эту стали петь на фронтах. А в 42 ее запретили. «..до тебя мне дойти нелегко, а до смерти — четыре шага» — кому –то наверху показались упадочнические, разоружающие. Грампластинки стали изымать, не стали передавать по радио. Все просили и даже требовали, чтобы про смерть вычеркнуть или отодвинуть ее дальше от окопа. А недавно получил письмо, подписанное шестью гвардейцами-танкистами. Пишут: "Напишите вы для них, что до смерти четыре тысячи английских миль, а нам оставьте так, как есть, — мы-то ведь знаем, сколько шагов до нее, до смерти".

Из землянки встает баянист начинает играть, следом встает вокалист. Проходит на авансцену. В середине песни из-за спины солдата появляется девушка, которая закрывает ему глаза. Из-за кулис выходят девушки к другим солдатам. Танцуют вальс. В финале номера, солдаты закрывают глаза, обнимают девушек, в этот момент они убегают. Фонограмма взрыва снаряда. Затемнение.

В землянке

Бьётся в тесной печурке огонь,

На поленьях смола, как слеза.

И поёт мне в землянке гармонь

Про улыбку твою и глаза.

Про тебя мне шептали кусты

В белоснежных полях под Москвой,

Я хочу, чтоб услышала ты,

Как тоскует мой голос живой.

Я хочу, чтоб услышала ты,

Как тоскует мой голос живой.

Ты сейчас далеко-далеко,

Между нами снега и снега.

До тебя мне дойти нелегко,

А до смерти - четыре шага.

Пой, гармоника, вьюге назло,

Заплутавшее счастье зови.


Мне в холодной землянке тепло

От твоей негасимой любви.

Мне в холодной землянке тепло

От твоей негасимой любви.

3 Эпизод: «Медсестры»

Фурки письма развозятся в разные кулисы.

СОЛДАТ: Вечером, 21 июня 41-го года, в школах были выпускные вечера.

Мальчики – в строгих костюмах, девочки – в нарядных платьях, первое признание, первые танцы, первые поцелуи. Они еще не знают, что завтра, целыми классами, будут уходить на фронт и что вернутся только единицы.

ДЕВУШКА: Они пока не знают всего этого – они, пока просто счастливы. Они пока танцуют свой первый школьный вальс.

Наш медсамбат

Легкий школьный вальс тоже был у нас,

У него судьба была такая:

Помню как сейчас, наш десятый класс

Закружила вьюга фронтовая.

Фронтовой санбат у лесных дорог

Был прокурен и убит тоскою.

Но сказал солдат, что лежал без ног:

"Мы с тобой, сестра, еще станцуем".

Фурки-письма вывозятся на центр сцены, устанавливается горизонтально на ребро крышка стола, тем самым трансформируется в скамейку.

МЕДСЕСТРА: В клубе раз в неделю играли танцы для военных. Туда ходили легко раненные из нашего госпиталя и командированные офицеры, те, кто уже завтра будет на передовой. Я даже после второй подряд смены быстро одевала платье, туфли и бегом туда. Нянечки шушукались: «Вон, пигалица наша на танцульки полетела». А я с ног валюсь, глаза слипаются, но иду туда и танцую. Для меня это просто ещё одна смена, а для них – это частичка мирной жизни, которую они и забывать-то стали. Завтра им на поезд и … умирать. А сегодня…. Можно танцевать! Танцевать долго-долго! И им кажется, что завтра никогда не наступит. И не нужно будет уезжать… И я танцую с ними. Долго-долго… И когда они называют меня не моим именем,  я не обижаюсь….

Случайный вальс в джазовой вариации.

Ночь так легка, спят облака,

И лежит у меня на ладони незнакомая ваша рука,

После тревог спит городок,

Я услышал мелодию вальса

И сюда заглянул на часок.

Хоть я с вами почти не знаком,

И далеко отсюда мой дом,

Я как будто бы снова возле дома родного.

В этом зале пустом мы танцуем вдвоем,

Так скажите хоть слово сам не знаю о чем.

На экране видеопроекция рисунка Шурика Игнатьева.

МЕДСЕСТРА: В блокадном Ленинграде, весной 42-го года, в детском саду трёхлетний Шурик Игнатьев нарисовал картину. Весь белый лист был исчерчен чёрными каракулями, а посередине — овал. И воспитательница спросила, что ты нарисовал? Шурик ответил: Вот это война, а вот это булка. Все. Больше я ничего не знаю.

Дети войны

Дети войны

Дети войны...

Смотрят в небо глаза воспаленные.

Дети войны...

В сердце маленьком горе бездонное.

В сердце, словно отчаянный гром,

Неумолчный гремит метроном.

Неумолчный гремит метроном.

ЖЕНЩИНА: Уже в первые дни войны был создан  фронтовой джазовый ансамбль. За время блокады Ленинграда этим коллективом Клавдия Ивановна Шульженко дала более 500-ста концертов. Маленькая хрупкая женщина с неизменным синим платочком, для миллионов солдат она стала настоящим символом женской поддержки, веры в их силы и большую Победу! И много лет спустя, на юбилейном концерте певица вновь вышла на сцену с синим шелковым платком. Зал долго аплодировал стоя.

Выходит вокалистка с платком, за ней следом танцевальный коллектив.

Синий платочек 

Синенький, скромный платочек

Падал с опущенных плеч.

Ты говорила,

Что не забудешь

Ласковых, радостных встреч.

Порой ночной

Мы распрощались с тобой...

Нет больше ночек!

Где ты, платочек,

Милый, желанный, родной?

Письма твои получая,

Слышу я голос родной.

И между строчек

Синий платочек

Снова встает предо мной.

И мне не раз

Снились в предутренний час

Кудри в платочке,

Синие ночки,

Искорки девичьих глаз.

4 Эпизод: «Родные и близкие»

СТАРШИНА: А как переживали матери за своих сыновей, ушедших на фронтах? Как переживали они любимых сыновей теплыми, ласковыми словами в своих письмах.

СОЛДАТ: Трудно выразить словами, сколько боли, горечи и слез выпало на долю матерей в годы.

Победная

У каждого своя война, свой мир, своя тревога.

Но, есть одна для всех весна, Берлинская дорога!

Плесну на землю, помянем всех тех, кто был нам дорог...

Спасибо Вам, что мы - живем, забыв, как пахнет порох.

Спасибо Вам, что мы - живем, забыв, как пахнет порох.

Припев:

Киев, Минск и Москва;

Сталинград, Ленинград и Берлин!

Харьков, Брест, Крым, Смоленск... -

Помним всех, кто нас спас от беды!

СОЛДАТ: Мама помогла мне выжить. Ничего особенного она не сделала, она просто была. Там дома. И я знал, что когда мне будет плохо, я представлю себе, что будет все хорошо, когда я вернусь. Я буду восстанавливать дом, а она копаться в грядках. И какое у меня будет счастливое новоселье. И она будет играть с внуками . Все это, мне помогло выжить. Я приехал и я вернулся, а никого нет. Маму расстреляли вмести с селянами. И теперь я один. Но память о тебе, мне до сих пор помогает жить.

 Баллада о матери

Постарела мать за тридцать лет,

А вестей от сына нет и нет.

Но она всё продолжает ждать,

Потому что верит, потому что мать.

И на что надеется она?

Много лет как кончилась война,

Много лет как все пришли назад,

Кроме мёртвых, что в земле лежат.

Сколько их в то дальнее село

Мальчиков безусых не пришло...

СОЛДАТ: На войне мы были вместе с отцом. Мы никогда не встречались с ним, были на разных участках фронта. Я освобождал Киев, Белоруссию, Польшу. Я брал Берлин. И всегда я знал, что отец близко. Я на этой войне не один, мы бьем одного врага, делаем одно дело. И когда я праздновал победу в Берлине, это была наша с ним победа, одна на всех. И снова у меня было ощущение, что отец рядом.  

И он действительно в тот момент был рядом, недалеко, он был похоронен в 15 километрах от Берлина.  Он чуть - чуть не дошел, а я дошел. О том как он погиб и где похоронен, я узнал через много лет.  А еще через много лет, вот сейчас, моя внучка выйдет на эту сцену, и споет о той самой победе. Одной на всех!

Письмо отца

Я читаю письмо, что уже пожелтело с годами,

На конверте в углу, номер почты, стоит полевой,

Это в сорок втором, мой отец, написал моей маме,

Перед тем, как идти в свой последний, решительный бой.

Пр.  

Дорогая моя, на передней у нас передышка,

Спят в окопах друзья тишина на крутом берегу.  

Дорогая моя поцелуй, ты крепче сынишку,

Знай, что вас от беды, я всегда сберегу.

Выходит солистка с ней гитарист

Десятый батальон

Здесь птицы не поют, деревья не растут.

И только мы, плечом к плечу, врастаем в землю тут

Горит и кружит вся планета, над нашей Родиною дым

И значит нам нужна одна победа

Одна на всех мы за ценой не постоим

Одна на всех мы за ценой не постоим.

Нас ждет огонь смертельный, но всё ж бессилен он

Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный

Десятый наш, десантный батальон

Десятый наш, десантный батальон…

или Соловьи

Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат,

Пусть солдаты немного поспят.

Пришла и к нам на фронт весна,

Солдатам стало не до сна -

Не потому, что пушки бьют,

А потому, что вновь поют,

Забыв, что здесь идут бои,

Поют шальные соловьи…

МУЖЧИНА: Бабушка после сеанса долго меня еще расспрашивала: « я ли снимал этот фильм, и что потом случилось с ее сыном.» А я же просто киномеханик. Ну конечно же сказал ей, что фильм снимал я.  И что солдат этот остался жив, и его даже наградили потом.  Бабушка дала мне свой адрес, и попросила сделать фотографию с пленки. Я конечно же сделаю ей фотографию ее сына и пришлю. И ей пришлю, и всем остальным тоже пришлю, у меня такая бабушка, в каждой второй деревне, где я кручу кинохронику. Ведь где-то тоже мать, ждет своего сына.

Алеша

Белеет ли в поле пороша

Пороша пороша

Белеет ли в поле пороша

Иль гулкие ливни шумят

Стоит над горою Алеша

Алеша Алеша

Стоит над горою Алеша

В Болгарии русский солдат

И сердцу по-прежнему горько

По-прежнему горько…

ГОЛОС: В память погибших в годы великой отечественной войны объявляется минута молчания …

Звучит фонограмма метронома.

 Песня о солдате

Пролетели года, отгремели бои,

Отболели, отмаялись раны твои,

Но, великому мужеству верность храня,

Ты стоишь и молчишь у святого огня.

Ты же выжил, солдат,

Хоть сто раз умирал...

Хоть друзей хоронил,

И хоть насмерть стоял...

Отчего же ты замер -

На сердце ладонь?

И в глазах, как в ручьях,

Отразился огонь...

МУЖЧИНА: Эту песню я впервые услышал в редакции «Комсомольской правды». Тогда приехали Марк Бернес и Ян Френкель, ну и руководство военное. И как только она зазвучала, все как-то сразу притихли. Я смотрю на генералов, они слушают, но, кажется, они видят не редакцию нашу, а видят боевых своих друзей. И как только песня закончилась, к Бернесу и Френкелю подошел сам маршал Конев и говорит: «Спасибо. Спасибо большое! Как жаль, что нам отказано право плакать». А я смотрю, у него у самого слезы в глазах.

На авансцену выходит исполнитель. На второй куплете медленно из-за кулис выходят девушки в белых накидках. Выстраиваются в клин. В финале номера зажигают электрические свечи.

 Журавли

Мне кажется порою, что солдаты

С кровавых не пришедшие полей,

Не в землю нашу полегли когда-то,

А превратились в белых журавлей.

Они до сей поры с времен тех дальних

Летят и подают нам голоса.

Не потому ль так часто и печально

Мы замолкаем глядя в небеса?

Финал

Ты помни

Я знаю о войне, лишь понаслышке,

Но вновь и вновь в мои приходят сны

Безусый паренёк - совсем мальчишка,

Который не вернулся с той войны.

Сожмётся болью сердце от печали,

Хоть с той поры прошло полсотни лет,

Но снится мне тревожными ночами

Мой молодой, мой вечно юный дед.

Припев:

Над миром вновь ликует светлый май.

Который раз, мы празднуем победу.

Но то, что совершили наши деды,

Ты помни, никогда не забывай.

На сцену выходят старшина и солдат.

СОЛДАТ: На полях сражений все так же встречаются неразорванные снаряды, а в семейных архивах хранятся военные письма-треугольники и открытки, как память о героизме наших отцов и дедов.

СТАРШИНА: Вот видишь. Мы дошли. Как и обещал. Ты не верил, а мы дошли.

СОЛДАТ: Виноват, товарищ старшина, не верил! Слово вы свое сдержали. Я в Берлине. Вот бы мамка обрадовалась.

СТАРШИНА: Да. Мы в Берлине. Мне очень жаль.

СОЛДАТ: Ну вот вы опять за старое, товарищ старшина, довольно.

СТАРШИНА: Мне очень жаль. Прости, что ты погиб тогда под Сталинградом.

СОЛДАТ: Так война, товарищ старшина. Ну шоферил бы я за этой баранкой, хорошо, что там был поворот правый. Так бы точно нас немец обоих снял, и остались бы вмести под Сталинградом о. А так вы меня до Берлина донеси. В памяти сердца. Спасибо.

СТАРШИНА: Прости.

СОЛДАТ: Виноват, товарищ старшина, я вам запрещаю так думать. Мы победили. День сегодня хороший. А следующие дни будут еще лучше.

СТАРШИНА: Да, день действительно хороший.

СОЛДАТ: А письмо мое, вы матери передайте. А то не успел отправить. Это ж частичка нашей истории. В нем сама жизнь.

СТАРШИНА: Да. В письмах с фронта переданы чувства, понятные и близкие каждому, в них звучат темы мужества, патриотизма, верности.

МЕДСЕСТРА: Не один год, накануне Дня Победы, мы слышим эти письма… слышим сердцем письма…с фронта.

ДЕВУШКА: Они звучат повсюду: в весеннем воздухе, в майском цветении садов, в веселых голосах птиц.

СОЛДАТ: Спасибо, товарищ старшина!

СТАРШИНА: Спасибо за жизнь!

Звучит музыкальная композиция «Спасибо вам, родные наши деды!»

Спасибо вам, родные наши деды

Что путь прошли великий до победы

Спасибо вам за мир над головой

Спасибо вам за счастье и покой

ПРИПЕВ:

Пусть салюты гремят

Пусть оркестры трубят

Пусть на солнце знамена горят

Пусть проходят годы

С нами вы навсегда

Пусть сияет победы звезды

Пусть сияет звезда

Нашей славной победы звезда

На сцену выходят  коллективы, которые принимали участие в концерте.

День победы

День Победы как он был от нас далёк

Как в костре потухшем таял уголёк

Были вёрсты обгорелые в пыли

Этот день мы приближали как могли

Этот День Победы порохом пропах

Это праздник с сединою на висках

Это радость со слезами на глазах

День Победы День Победы

День Победы


Источник: http://uti-puti.com.ua/view_article_celebration.php?id=4151


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Похожие новости


Открытки с добрым утром танюша
Чье имя носит международный конкурс актерской песни
Именины всех валентин
Поздравленье с днем студентов
Макияж на свадьбу на зеленые глаза фото
Стих другу с пожеланиям спокойной ночи


9 мая сценарий театрализованного концерта
9 мая сценарий театрализованного концерта


Сценарий 9 мая
Театрализованный концерт к 9 мая с разработанным монтажным



ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ